РАСШИФРОВКА ТИБЕТСКИХ НАЗВАНИЙ РАСТЕНИЙ

Существует несколько научных методов установления латинских эквивалентов для тибетских названий растений. Наиболее ранним следует считать сравнительно-опросный, применявшийся в той или иной форме с начала XIX в.

РАСШИФРОВКА ТИБЕТСКИХ НАЗВАНИЙ РАСТЕНИЙ

Этот метод в разное время использовался для идентификации растений в «бурятской», «монгольской» и «собственно тибетской» ветвях традиционной тибетской медицинской системы. Суть сравнительно-опросного метода состоит в научном определении образцов лекарственного растительного сырья, полученного непосредственно от лам-лекарей. Первые определения такого рода были сделаны еще врачом И. Ремаиом совместно с ботаником И. И. Редовским на основе «тибетской аптечки», при обретенной в Кяхтинском маймачепе па границе с Монголией в 1805 г. [Гаммерман, 1966].

Существенный вклад в познание «бурятской ветви» тибетской медицины сравнительно-опросным методом был сделан в 30-х годах XX в., благодаря усилиям М. Н. Варлакова [1963], А. Ф. Гаммерман, Б. В. Семичова [1963] и др. В известном «Словаре »ибетско-латино-русских названий лекарственного растительного сырья, применяемого в тибетской медицине» А. Ф. Гаммерман и Б. В. Семичова, составленном на основе упомянутого метода, приводятся 549 видов растений, используемых в практике бурятских лам-лекарей. В 60-х годах работа по уточнению ассортимента средств, применяемых в тибетской медицине па территории Бурятии, была продолжена К. Ф. Блиновой и В. Б. Куваевым [1965].

Аналогичным методом пользовались монгольские исследователи, выявившие 590 видов растений, применяемых ламами-лекарями в Монголии [Хайдав, Чой-жамц, 1965; Ламжав, 1971; Хайдав, Меньшикова, 1978; н др.]. Идентификация сравнительно-опросным методом «собственно тибетской ветви» ассортимента лекарственных средств тибетской медицины была осуществлена французским врачом Ф. Мейсром совместно с тибетскими медиками в Непале. Им идентифицировано 240 видов растений [Meyer, 1981]. Ценность сравнительно-опросного метода заключается в достоверности определений названий растений, выполненных на конкретном материале.

Однако упомянутый метод отражает ассортимент лекарственных растений, применявшихся в реальной практике отдельных лам-лекарей на территории определенного региона в конкретный момент. Здесь нередки позднейшие замены и даже прямые ошибки. Иногда в арсенал средств, выявленных сравнительно-опросным методом, включается также фальсифицированное сырье. Выявление ассортимента лекарственных растений, рекомендованных медицинскими сочинениями традиционной тибетской медицины, сравнительно-опросным методом просто невозможно.
Второй метод расшифровки получил название фармаколингвистического. Этот метод в первоначальном варианте был предложен индийским ученым К. X. Кригаиамурти [Krishnamurty, 1969], разработавшим его на основе анализа древних саискритских текстов. Особенности этого метода подробно изложены в работах А. И. Шретера и Т. А. Асеевой [Шретер, Асеева, 1976; Суркова, 1981; Асеева и др., 1985], которые модифицировали его, анализируя трактат «Вайдурья-онбо» тибетского медика Дэсрид Саичжай Яжамцо (XVII в.).

РАСШИФРОВКА ТИБЕТСКИХ НАЗВАНИЙ РАСТЕНИЙ

Модифицированный вариант фармаколиигвистического метода и был использован нами при анализе трактата «Дзэйцхар Мигчжан» [Баторова, Цыбенов, 1978; Бадараев и др., 1982, Дзэйцхар…, 1985]. Процесс расшифровки тибетских названий растений из «Дзэйцхар Мигчжан» представлен на схеме 2.
Перевод и особенно правильная интерпретация тибетских фармакогностических текстов как «Вайдурья-онбо», так и «Дзэйцхар Мигчжан» представляют определенную трудность. В словарях Я. Шмидта [1843], Даса [Das, 1902], Б. В. Семичова и др. [1963], 10. Н. Рериха [1983—1987], служивших основными справочниками для нашей работы, нет значений большинства ботанических терминов, а лексическое значение того или другого слова нередко мало соответствует значениям современной ботаники и фармакогнозии. Поэтому одним из важнейших и трудоемких этапов было установление современных научных эквивалентов терминам и выражениям, используемым в трактате. О том, что такое соответствие может быть установлено, неоднократно писалось нами и Т. А. Сурковой [Баторова и др., 1982; Бадарасв и др., 1982; Шретер, Асеева, 1976; Суркова, 1981].

При установлении «понятийных» эквивалентов решающую роль играет сравнение подробных описаний со «статьи» с рисунками этих же растений, приведенными в трактате. В «Дзэйцхар Мигчжан» внешний вид растений часто изображается довольно точно, что облегчает работу. Например, в тексте при описании растения под тибетским названием «lchetsha» сказано: «…листья его подобны (по форме) лапе лягушки» (л. 90а). На рисунке приводится изображение растений с пальчато-рассеченпыми листьями. Значит, выражение «…листья подобны лапе лягушки» соответствует ботаническому — листья пальчато-рассеченные. Или другой пример: при описании растении sgong-thog-pa в тексте встречается выражение «…плоды тонкие длинные, похожи па листья thang (сосны)» (л. 946). Перевод текста описания растения sgong-thog-pa и анализ изображения этого растения и его плодов позволяют устаповить, что в трактате речь идет о растении сем. Brassicaceae, у которого плоды — удлиненные стручки. Иногда термины трактата сами по себе достаточно «прозрачны». Например, в трактате соцветия растений сем. Apiaceae сравниваются с зонтиками, цветки растений сем. Campanulaceao — с колокольчиками и т. д.

РАСШИФРОВКА ТИБЕТСКИХ НАЗВАНИЙ РАСТЕНИЙ

В итоге нами был составлен своеобразный словарик-транслятор, в котором указывались соответствия понятий и терминов из трактата современным научным понятиям и терминам (табл. 2) [Баторова и др., 1982]. После «трансляции» конкретного текста «статьи» мы получаем текст описания растений (сырья), составленный с использованием современной терминологии и сопоставимый в силу этого с описаниями растений в современных флорах.
Дальнейшая работа в известной степени идентична работе ботаника-систематика и фармакогноста, определяющих то или иное растение или лекарственное растительное сырье по описаниям из флор, определителям, рисункам, справочным гербариям и коллекциям растительного сырья. При этом также учитывались характерные оргаполептические свойства сырья. Обращалось внимание па особенности применения конкретного растения в медицине. На данном этапе работы использованы материалы гербария и музея Ботанического института им. В. Л. Комарова (далее БИН), а также различные определители и «флоры» Монголии и сопредельных стран, а именно: опубликованные выпуски «Растения Центральной Азии» [1970, 1977]; «Flora Yurmanica» [1977, 1979]; «Определитель сосудистых растений Монголии» [Грубов, 1982]; «Enumeration of the vascular plants of Xi-zang (Tibet)» [1980]; «Flora of Xizangica [1985]; со¬ответствующие тома «Флоры СССР» [1934—1964]; , «Сосудистые растения СССР» [Черепанов, 1981]; «Flora of British India» [1875—1897]; «Indian medicinal plants» [Kirtikar, Basu, 1934]; «Атлас лекарственных растений Китая» [Чжунго…, I960]; монографии по ряду родов и семейств покрытосеменных и т. д.

Помимо анализа сведений, относящихся к разделам морфологии и географии растений, большое значение в подтверждении правильности расшифровок имели монгольские, китайские и санскритские названия растении (сырья), приводимые в трактате. В ряде случаев эти названия были ранее зарегистрированы в разного рода справочниках [Ибрагимов, Ибрагимова, 1960; Мижиддоржи, 1973; Chopra е. а., 1956; Hubotter, 1913; и др.], что позволяло получать дополнительную информацию для поиска, сопоставления и идентификации растений. Иногда ориентиром для поиска служили определения исследователей, работавших сравнительно-опросным методом [Гаммерман, Семичов; 1963; Блинова, Куваев, 1965; Хайдав, Чойжамц, 1965; Ламжав, 1971; Meyer, 1981; и др.]. Общая схема работы по идентификации растений видоизменялась в зависимости от особенностей «подачи» материала в отдельных «статьях» трактата.

Ниже мы приводим примеры расшифровок, подобранные таким образом, чтобы показать различные варианты использования метода в зависимости от информативности каждой конкретной «статьи» трактата «Дзэйцхар Мигчжан».
Тибетское название растения «sog-ka-pa». «Произрастает sog-ka-pa подобно bre-ga. Стебель качающийся. Листья зеленые, мелкие, не цельно-крайние. Растение обладает вкусом la-phug. Цветки белые, мелкие, похожи на цветки byi-la-phug. Плоды треугольные, напоминают лопатку животных. Семена
подобны sro-ma, желтые, на вкус сладкие. Останавливают рвоту» (л. 95а).

На рисунке изображена надземная часть растения. Стебли прямые, их несколько; листья зубчатые; цветки четырехлепестные; плоды обратнотреугольные, наверху с небольшой выемкой (рис. 1). При комменти-ровании перевода указание, что растение «произрастает как brega», означает, что sog-ka-pa произрастает в тех же местообитаниях, что и ярутка полевая, т. е. на огородах, полях, лугах как сорное. Информация «…цветки, как у byi-la-phug», дает возможность уста¬новить, что у sog-ka-pa венчик четырехчленный, так-как byi-la-phug — растение из сем. Brassicaceae.

Составленное в конечном итоге транслированное описание выглядит следующим образом: sog-ka-pa произрастает на огородах, полях и лугах. Стеблей несколько; листья зубчатые. Цветки белые, мелкие с четырехчленным венчиком. Плоды скорее всего треугольные стручки. Семена мелкие, желтые, на вкус сладкие. Растение способно останавливать рвоту.

Это описание и особенности рисунка позволяют считать, что sog-ka-pa принадлеясит к семейству Brassicaceae. Характерная форма стручка без особых допущений позволяет идентифицировать sog-ka-pa как Capsella bursa-pastoris (L.) Medik.

РАСШИФРОВКА ТИБЕТСКИХ НАЗВАНИЙ РАСТЕНИЙ

Рассмотрим пример расшифровки в том случае, когда наряду с анализом сведений, относящихся к разделам морфологии и географии растений, большое \’ значение имеют данные санскритских, монгольских и китайских эквивалентов, а также сведения, полученные сравнительно-опросным методом.
Тибетское название растения «dug-mo-nyung». Оригинальный текст гласит: «Тибетское название ; „dug-mo-nyung\»; синоним—,,dbang-po\»; санскритское —„indra\». Растет искривляясь. Стебель и листья \’ зеленые. Плоды округло-продолговатые с длинным клюпиком. Семена похожи на мышиный язык с волосками на конце. У индийского растения плод круп-нее и длиннее, чем у предыдущего. Семена подобны языку попугая. У маленького плода dug-mo-nyung свойство аналогично таковому у крупного, может быть, даже лучше. Этими растениями лечат mkhris и понос с жаром».

На рисунке приводятся общий вид растения с подписью на монгольском языке «тэмэгэи хух», что означает «кобыльи соски», плод и семя с подписью для ,плода его китайского названия — «хэ-гуа-цза», для семени— тибетского—«chivng-ba chog», что означает «маленький хороший». Кроме того, в правой части рисунка изображены нлод другого растения и его семя в виде ромба. Подпись по-тибетски «rgya-gar gyi che-ba», в переводе — «крупный плод индийского растения». Очевидно, расшифровке подлежат оба растения, которые, судя по изображению, неидентичны (рис. 2).

РАСШИФРОВКА ТИБЕТСКИХ НАЗВАНИЙ РАСТЕНИЙ

Текст описания не дает достаточной информации для установления научного названия вида. Однако санскритский эквивалент, приведенный в тексте, выводит нас на Hollarrhena antidysenterica [Kirtikar, Basu, 1934]. Плод индийского растения из трактата, как установлено нами, действительно сходен с плодом Hollarrhena antidysenterica и, по-видимому, может быть с ним и идентифицирован. В современной литературе под тибетским названием «dug-mo-nyung» известна Hollarrhena antidysenterica [Meyer, 1981]. Однако монгольское растение, несомненно, относится к другому виду.

А. Ф. Гаммермаи и Б. В. Семичов для тибетского «dug-mo-nyung», а также Ц. Хайдав и Д. Чойжамц, Ц. Ламжав для монгольского «тэмэгэн хух», тибетского «dug-mo-nyung» приводят ряд эквивалентов: Chatnaene поп angustijolium (Chamerion angustifolium), Cynoctonum purpureum, Epilobium davuricum, E. palustre, Vincetoxlcum sibiricum (Antitoxicum sibiricum). Среди перечисленных таксонов наибольшее сходство о признаками, упоминаемыми в тексте описания и от¬меченными на рисунке, имеется у Vincetoxicum «ibh ricum. Это растение с раскидисто-ветвистым стеблем, с супротивными мелкими листьями. Цветки желтовато-белые. Плод — веретеновидная с длинно от¬тянутой верхушкой листовка. Семена снабжены на одном конце хохолком из длинных волосков [Грубов, 1982].

Внешний облик других упомянутых растений, известных под названием «dng-mo-nyung», не соответствует диагностическим признакам dug-mo-nyung из трактата. Еще один пример, где решающую роль при расшифровке играет изучение гербарных материалов и коллекций лекарственного растительного сырья с учетом сведений, полученных авторами сравнительно-опросным методом. Тибетское название растения «lung-thang».
Текст описания: «Дерево с большим\’ стволом. Плоды морщинистые, яйцевидные. Внутри плода — черное семя с красноватым отблеском» (л. 526). На рисунке дано изображение плода. К нему — подпись по-тибетски «gang-bu», что означает плод, рядом — (семя?) (рис. 3). В литературе под тибетским названием «lung-thang» известны Ulrnus macrocarpa [Hubotter, 1913], Sapindus mukorossii [Meyer, 1981]. Изучение гербарных и карпологических материалов по представителям рода Sapindus из флоры Индии и Китая позволяет идентифицировать lung-thang как Sapindus mukorossii. В идентификации сыграло решающую роль совпадение особенностей плода.

Иногда тибетские названия растений удавалось идентифицировать с известной долей условности толь¬ко па основании санскритских, монгольских и китайских эквивалентов. В качестве примера приведем расшифровку растения с тибетским названием «rin-chen-smyug» из «Дзэйцхар Мигчжан» (л. 52а). Текст описания гласит: «Растет в Непале и в других южных странах. Плоды маслянистые, напоминают pha-ri. Согласно сведениям из трактата „Вайдурья-онбо\», плоды как у glang-ma; маслянистые семена величиной как семена sran-ma». В тексте приводится условное изображение сырья в виде кружочков. К нему дано китайское название «би-чэн-ся», которое совпадает с Piper cubeba L. [Атлас лекарственных растений Китая, 1960] (рис. 4). В данном случае научное название для тибетского «rin-chen-smyug» установлено условно только па основании китайского эквивалента «би-чэп-ся», нескольку материалы текста описания крайне скудны и полное изображение растения отсутствует.

Таким образом, наряду с общепринятыми методиками расшифровки и идентификации тибетских названий лекарственных растений, в зависимости наличия и характера описания конкретных объектов, могут быть использованы и другие способы, позволяющие установить научные эквиваленты лекарственного сырья. Дополнительным и решающим критерием подлинности этого сырья и правильности его расшифровки, идентификации является определение его фармакологической активности.